Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

Размер текста
обычный

Подонки и жертвы Аральского моря. Как живут на месте катастрофы.

Об этом размышляет Александр Беленький, – пишет Live Journal.Подонки – в буквальном смысле: те, кто ходят по дну. Чтобы встретиться с этими людьми, мне тоже пришлось опуститься на самое дно. Мне были не рады, но обошлось.

Что происходит в узбекском Муйнаке, еле живом городе на берегу мертвого моря? В отличие от того Мертвого моря, что в Израиле, это люди убили сами.

1 Зона бедствия начинается задолго до морского берега. В чахлых посёлках тут и там лежат куски ржавого металла, то что ещё несколько десятилетий называлось кораблями и ходило по воде. Некоторым судам повезло, их сохранили и сделали импровизированные памятники.

В одном Советском Союзе случилось две крупнейшие мировые катастрофы – технологическая в Чернобыле и экологическая в Средней Азии. Той страны уже нет, но последствия обоих бедствий вся страна будет расхлёбывать ещё очень долго. В январе я был в Чернобыльской Зоне отчуждения, на исходе весны меня занесло на другой край некогда большой единой страны. Здесь тоже своего рода Зона. Ещё не так давно процветавшая земля стала голой безжизненной пустыней, а миллионы людей лишились самого главного источника жизни – воды.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

Муйнак, самый дальний от Ташкента город Узбекистана, это край географии во всех отношениях. Когда-то это был крупный морской порт с рыбаками и промышленностью.

В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ СУЩЕСТВОВАЛА ПРИТЧА О ПЬЯНИЦЕ, ХОТЕВШЕМ ВЫПИТЬ МОРЕ. НА ШУМНОЙ ПИРУШКЕ КСАНФ ХВАЛИЛСЯ, ЧТО ЧЕЛОВЕКУ ВСЁ ПОДВЛАСТНО. СЛОВО ЗА СЛОВО, В СПОРЕ ТОВАРИЩИ ВЗЯЛИ “НА СЛАБО”.– А МОРЕ ВЫПЬЕШЬ? – СПРОСИЛИ ОНИ ТОГО.
— ВЫПЬЮ! – ОТВЕТИЛ КСАНФ И ОНИ ПОБИЛИСЬ ОБ ЗАКЛАД.
УТРОМ ОН ПРОТРЕЗВЕЛ И ПРИШЁЛ В УЖАС ОТ ТАКОГО ПОЗОРА. ЭЗОП, БЫВШИЙ СВИДЕТЕЛЕМ СПОРА, ВЗЯЛСЯ ПОМОЧЬ ГЛУПЦУ КСАНФУ.«КАК ВЫЙДЕТЕ ВЫ С СУДЬЯМИ И ЗРИТЕЛЯМИ НА БЕРЕГ МОРЯ, ТАК ТЫ И СКАЖИ: МОРЕ ВЫПИТЬ Я ОБЕЩАЛ, А РЕК, ЧТО В НЕГО ВПАДАЮТ, НЕ ОБЕЩАЛ; ПУСТЬ МОЙ СОПЕРНИК ЗАПРУДИТ ВСЕ РЕКИ, ВПАДАЮЩИЕ В МОРЕ, ТОГДА Я ЕГО И ВЫПЬЮ!» КСАНФ ТАК И СДЕЛАЛ, И ВСЕ ТОЛЬКО И ДИВИЛИСЬ ЕГО МУДРОСТИ.

Спустя несколько тысяч лет примерно таким образом было уничтожено Аральское море.

2 То, что осталось от реки Амударьи. Ширина высохшего русла впечатляет.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

3 Реки обмелели уже дальше некуда, но продолжают усыхать. Страдают огромные территории и миллионы людей. Хотя жителям почти любой постсоветской глубинки такая разруха не покажется чем-то особенным даже и без экологической катастрофы.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

4 Дорога казалась бесконечной. По времени всего два часа от Нукуса, но они тянулись гораздо дольше. В какой-то момент исчезли все машины. Никто не ехал с нами в Муйнак, никто не возвращался оттуда. такие затишья бывают на последних километрах перед границей. Когда местный трафик уже закончился, а встречные машины держит таможня.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

5 Да здесь и есть настоящая граница, только не между государствами. Рубеж времени и безвременья, вот что такое Муйнак. Ещё чуть-чуть, и вы это поймёте. Постараюсь передать свои ощущения. Вспоминаю сейчас, через три месяца после поездки – до мурашек. Это как если завтра вы приедете в Сочи или Ниццу, а там исчезло море.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

6 Такие же в точности ощущения обхватывают тебя при въезде в бывший прибрежный городок. На старом въездном знаке до сих пор волны, чайка и одинокая рыба, выпрыгивающая из воды.

7 Надо же было приехать в тот единственный день, когда в городке хоть что-то происходит. Тем вечером был большой концерт на городском стадионе. Спортивная арена здесь такая же фантомная, как и море. Вытоптанная земля с проплешинами старого газона. Звёзды Каракалпакской эстрады неприхотливы, согласились и на такие условия. А публика рада. Со всей автономной республики согнали полицейских, привезли железные заборы и перекрыли доступ к телу. Импровизированную сцену поставили на середине “ипподрома”, но певица ходила буквально по краю! Песни были длинные, протяжные и жалостливые. Уверен, что про любовь, а не про Аральское море.

8 Входной билет – пять тысяч сум. 43 рубля 15 копеек российскими. Принимали даже пластиковые карты, но только узбекские. Группа парней кучковалась у входа, не решаясь войти. Они говорили не по русски, но я понял, что они пытались проскочить без денег, но тётя не пустила, хоть она и знает их с детского сада.

9 Пять тысяч деньги не большие, но лучше потратить их на семечки или сигареты.

10 Откуда в 18-тысячном городе без работы и производства столько молодёжи, остаётся лишь догадываться. Как и о судьбе, которая ждёт подрастающее поколение Муйнака.

11 С трудом отстояв пару песен, я решил продолжить прогулку по городу. Сунул билет одному из дежуривших на входе зайцев-неудачников, я бросил последний взгляд на поп-звезду и вышел прочь со стадиона.

12 Муйнак – очень странное место. В Узбекистане всюду люди живут небогато, но с достоинством, метут улицы и вычищают до блеска внутренние покои своих жилищ. Улыбаются встречным, и в особенности туристам. Они в большинстве своём вообще не бывают агрессивны. Но здесь враждебность витает прямо в воздухе. Каждый взгляд впивается в тебя, словно желая просверлить насквозь. И людям этим явно не нравится, что ты сюда приехал. Тебе здесь не рады.

13 Прямо сейчас мы стоим на берегу моря. Прямо там, за синей оградкой плещется солёная вода. Сейчас здесь тихо, ведь весь город слушает концерт. Можно постоять в тишине, а утром всё снова закипит, забурлит, стаи голодных чаек будут преследовать рыбацкие лодки и орать: “дай, дай, die…”

Ничего этого нет. Ни воды, ни рыбы, ни чаек. Лодки легли на дно, люди упали на дно. Этот странный треугольник из бетона – памятник Великой Отечественной войне. Давно им был когда-то. Сейчас это памятник Мёртвому морю. Тому, чего уже не вернуть.

Слово “Арал” в переводе значит “остров”, то есть – Островное море посреди пустынь. В отличие от Каспия, который представляет собой “оторвавшийся” кусок Мирового океана, настоящим морем Арал не был никогда – но был третьим по величине озером Земли.
Его питали Сырдарья и Амударья, и жизнь Арала испокон веков зависела от последней. Даже его высыхание – не первое: на открывшемся дне арехологи обнаружили городища и фундаменты дворцов и мавзолеев (Кердери, Арал-Асар) не таки уж далёких 11-15 веков. Считается, что в прошлый раз Арал высох в 4 веке, а вновь начал заполняться в 1570-х годах, и это тоже была неслыханная катастрофа для пустыни – людям пришлось оставить свои селения, на которые неотвратимо наступала вода!

Но за 400 лет к морю-озеру все привыкли, и жизнь Хорезма 19 века невозможно было представить без аральских рыбаков. В советское время Сыр и Аму разобрали на орошение полей Узбекистана, Туркмении и Казахстана, причём сам по себе этот шаг был отнюдь не безумным – в Средней Азии нет дефицита воды, столь характерного для стран в пустынях. Однако сток уже не мог превысить испарение, и с 1960-х годов неглубокое море начало на глазах мелеть и уходить. К 1989 году, сжавшись по площади вдвое, а по объёму втрое (то есть до размеров Азова), Арал распался на двое – Малый Арал в Казахстане и Большой в Узбекистане. Малый Арал казахам удалось стабилизровать, сконцентрировав в нём сток Сырдарьи, и сейчас в нём даже возрождается рыболовство, от Аральска до воды 25 километров.
А вот Большой Арал продолжил усыхать. Он давно уже стал меньше Малого Арала и сам распался на несколько частей, а рыба в нём погибла. Солёная пыль, оставшаяся на дне, оказалась заражена пестицидами, которые Амударья и Сырдарья несли с полей, и теперь отправляет землю на сотни километров вокруг. “Причалил” к берегу остров Возрождения, на котором в советское время был полигон для испытаний бактериологического оружия и остались заброшенные могильники.

15 Сохранился старый маяк, чья классическая круглая башня была основательно изуродована пластиковыми стеклопакетами. Долгое время он стоял заброшенный, но теперь его выкупили и несколько молодых парней пытается строить туристический бизнес. Наверх пускают за небольшую денежку, но я отказался – оборудования не сохранилось, а посмотреть на мир свысока я и сам могу при помощи квадрокоптера.

16 По соседству с маяком разбили юрточный лагерь, несколько традиционных для кочевых народов (каракалпаки в отличие от узбеков не слишком-то усидчивые исторически), где теперь может переночевать любой желающий. Цена вопроса – десять “баксов” с носа, есть душ, но в отдельной пристройке. Посмотреть удобства можно, кликнув на стрелку прямо на этой фото.

17 На парковке перед памятником, почти на самом краю обрыва расположился грузовик MAN, переделанный в дом на колёсах. Если судить по номерам, путешественники приехали из самого Мюнхена посмотреть на последствия крупнейшей экологической беды. На таком-то транспорте можно и до воды доехать, и до бывшего острова Возрождения.

18 Мы ездили на обычной прокатной легковушке, потому ночевать прямо в пустыне не могли. Хорошо, что возле маяка появились юрты, но нам они не подошли. Там не делают регистрацию, а по закону интуристы должны отчитаться при выезде из страны, где они провели каждую ночь. Сейчас этот закон уже может быть отменён, в Узбекистане теперь всё быстро меняется в лучшую сторону, но тогда ещё действовало. Так что, мы нашли ещё два хостела, где могут разместиться. Один находится прямо на главной улице, напротив школы. Место новое, открылось в апреле 2018 года и явно рассчитано на группы иностранных туристов. Всего три комнаты, больше похожие на казармы – стоят в ряд односпальные кровати, душ и туалет общие. Нам повезло, в тот день гостей не было вовсе, ночевали в комнате одни. Но если что, подселения не избежать, вариантов просто нет. Ночь стоила 20 долларов с человека, что конечно чертовски дорого для Узбекистана и такой дыры, но выбирать не из чего. Ещё на этапе подготовки поездки “прозванивал” номера, указанные в более ранних трэвел-отчётах, люди рекомендовали людей, у кого можно остановиться. Ни один не взял трубку. Так что ехали на авось, но без крыши над головой не остались. Нас даже накормили завтраком. Картинки еды и интерьеров откроются тем, кто будет нажимать на стрелку “вправо” прямо на этой фотографии.

19 С утра пораньше отправились в аэропорт, посмотреть на город с высоты. Как на ладони! Зелёные луга с небольшими лужицами и есть то, что когда-то называлось морем. Говорят, было время, когда добраться сюда можно было лишь по воде или самолётом. Воздушная гавань обслуживала по 20 рейсов в день! На аэродроме базировалось звено пассажирских АН-2, а взлётно-посадочная полоса принимала АН-24, ЯК-40 и все более лёгкие самолёты и вертолёты любых моделей. Хотя море ушло ещё в 70-х, сюда летали до распада СССР.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

20 Теперь аэропорт заброшен, и увидеть Муйнак с высоты могут только птицы и владельцы квадрокоптеров. Поднявшись на сотню метров, я увидел воду. Много воды!

21 Ещё один артефакт из прошлого – ворота с самолётами ТУ и с логотипом советского “Аэрофлота”.

22 Кое-что всё-таки меняется в лучшую сторону. Как и маяк у обрыва, здание аэровокзала я тоже ожидал увидеть пустым и заброшенным. Внезапно его отремонтировали, покрасили, вставили окна и написали “Женис!” – а дальше совсем непонятные слова. При помощи гугл-переводчика, который не знает каракалпакского языка, выяснил, что это банкетный зал. Ну да, как раз для свадеб.

23 Метеорологическая станция, вроде бы действующая.

24 Какое-то время здесь ещё приземлялась санитарная авиация, но и те годы чудесные давно прошли. Аэропорт мёртв окончательно. Хотя какое-то навигационное и световое оборудование уцелело.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

25 Жизнь в Муйнаке и при воде-то не была похожа на курорт, а теперь и вовсе начала скатываться обратно в сторону Средневековья.

26 Я не знаю, сколько лет этим многоквартирным домам и были ли удобства предусмотрены первоначальным проектом, но вот эти криво сбитые сараи с номерами, ни что иное, как…туалеты! Никаких общих сортиров, это же город, а не деревня! У каждой квартиры свой собственный! Но…нафиг так жить!

27 В иных квартирах даже нет стёкол! Зато стоят спутниковые тарелки. Несчастные обитатели города на море пытаются спрятаться от ужасающей действительности хотя бы в грёзах телевизора. Зато заботливое государство недавно покрасило стены всех домов. Издалека смотрятся не так гнетуще.

28 Под слоем краски виден логотип московской Олимпиады 1980 года.

29 Начитавшись других постов про Муйнак, мы везли с собой несколько упаковок конфет – раздавать детям. Обычно они преследуют иностранцев и требуют дать им что-то. Лучше везти пресную воду в бутылках, она им нужнее, но у нас не было возможности и места. Маленьких попрошаек на своём пути не встретили, так что отдали целую пачку вот этому парню. Смотрю, а на его новеньком велосипеде бренд – UKRAINA. Это что такое? Ведь Харьковский завод вроде закрылся?

30 Заросший и заброшенный православный участок на городском кладбище №1. Как и в Нукусе, в Муйнаке жила община казаков-старообрядцев. Может, и сейчас последние старики доживают свой век. На улицах ни одного русского мы не встретили.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

31 Кинотеатр “Бердах” и голова того самого каракалпакского поэта. Обещают кафе и фильмы в “три-дэ”, но место не выглядит действующим. Только фасад выкрашен той же жёлтой краской, что все старые дома в городе республике. Видимость, того, что не всё ещё потеряно.

32 А может и правда, жизнь возрождается? В центре крошечный парк развлечений для самых маленьких. Для такой дыры и это уже хорошо.

33 И здесь же интернет-кафе.

34 Земля здесь – песок.

35 Самое современное и “богатое” здание во всём городе это здание ЗАГСа и нотариальной конторы. Есть даже пандус для инвалидов. По которому разве что коров водить. Потому что вокруг такая разруха, что окажись тут хоть один колясочник, он не сможет даже добраться до этой улицы.

36 В свои тучные годы город жил не только рыбой. Об этом напоминают выцветнши.

37 Ужаснуться катастрофе Аральского моря по-настоящему можно двумя способами. Нанять внедорожник с экскурсоводом и поехать за 100-200 километров до ближайшей воды: туда, куда ушло море. Стоит это порядка двухсот долларов на человека. Мы не поехали. Я поднял квадрокоптер и немного полетал над кладбищем кораблей, пронзительным и грустным памятником.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

38 “Кладбище” это представляет собой десять лодок и кораблей разного размера, от рыболовецких шхун до небольших барж, все они в удручающем состоянии, когда остался только ржавый металл.

39 Говорят, всю эту груду железа сюда стаскивали со всего побережья для масштабности и привлечения туристов. Ведь море ушло из Муйнака не вчера, а почти полвека назад. Оно отодвигалось дальше и дальше, убегая от людей.

Те, кто ходят по дну. Как живут на месте катастрофы.

40 Портовых сооружений, пристаней и доков за эти долгие годы и вовсе не уцелело.

41 Гладь воды сменилась буграми песчаного дна, но по бескрайнему виду и горизонту по-прежнему угадывается совсем не пустынное происхождение пейзажа.

42 “Берегись буксира”.

43 Морское дно всё в ракушках.

Напомним, пылевая буря лишила связи NASA с марсоходом «Оппортьюнити».

life.informator.news

Источник: novosti-n.org

Поделиться:
Telegram
Viber