«Как терриконы на Донбассе», - Олег Деркач о проблеме красного шлама

Размер текста
обычный

IMG_0087_sДиректор Южного филиала Института экологии Национального экологического центра Украины Олег Деркач в ходе беседы с корреспондентом НикВестей рассказал, что, по его мнению, риски, связанные с проблемой пыления шлама, в дальнейшем будут только возрастать.

-Старое шламохранилище забрало 180 гектаров территории. Это берег лимана, рядом с населенными пунктами, рядом, фактически, с красивыми берегами, с курортными местами. За счет плодородных каштановых почв мы взяли еще 150 гектаров для второго хранилища. Но настанет тот момент, когда и второе шламохранилище себя исчерпает. И что дальше? Еще одно? Если мы в один прекрасный момент не остановимся, риски будут только возрастать. Это будет действительно типичная картина, как терриконы на Донбассе, - говорит эколог.

Олег Михайлович рассказал, что красный шлам относится к 4й группе отходов по шкале токсичности. Калушские яды, которые перевозились, а именно гексохлорбензол, имели, скорее всего, 1й класс опасности, нашумевшая история с непригодными пестицидами, от которых область вроде бы избавилась в этом году – это, в основном, 2й класс опасности. А шлам относится к менее опасной группе веществ – к 4й.

- В области сегодня накоплено более 40 млн. тонн отходов, и основу их составляет как раз 4й класс опасности, - рассказывает Деркач. – Удельный вес красного шлама в этой группе составляет 78%.

Олег Михайлович вспоминает прошлогоднее шламопыление и связанные с ним дискуссии. По его словам, тогда общественность раскололась на две группы. Первая настаивала на безвредности шлама, вторая заняла противоположную точку зрения.

Но если учитывать тот факт, что для здоровья вредна даже обыкновенная комнатная пыль, то вещества, которые имеют щелочную реакцию и содержат практически всю таблицу Менделеева, бесспорно, могут раздражать слизистую и вызывать какие-то реакции.

DSC04766 1

Всего же эколог выделил три основых вредоносных аспекта, связанных с пылением шлама под Николаевом.

Во-первых, это негативное влияние, которое пылящийся красный шлам может оказывать на здоровье людей. Он упомянул, что санитарно-гигиенических паспортов НГЗшного шлама общественность так и не видела, а независимая экспертиза не проводилась в связи с дороговизной.

Также Олег Михайлович вспомнил венгерскую трагедию, произошедшую в октябре 2010 года. Тогда в результате взрыва гигантского резервуара на комбинате в городе Айка в окружающую среду вылилось около 1 млн. кубометров ядовитой грязевой массы (шлам пылится при высыхании или замерзании – НикВести). Тогда химические ожоги получило более 120 человек, десятеро погибло.

DSC04719 1

Во-вторых, утечка загрязняет пригодные для ведения хозяйства территории. Таким образом загрязняются плодородные земли сельскохозяйственного назначения, а так же туристические и курортные центры, такие как, например, Ольвия, базы отдыха на Русской и Волошской косе.

Кроме того, в случае прорыва шламовых дамб ядовитая жижа попадет в Лиман и загрязнит акваторию Очакова, Коблева, Кинбурнской косы. Область понесет тягчайшие убытки. Также эколог отмечает, что во в результате прошлогоднего пыления экологии был нанесен ущерб. Этот факт был установлен государством (тогда НГЗ оштрафовали на 17 тыс. гривен – НикВести) и это также свидетельствует о том, что шлам не является безобидным.

Третьим вредоносным аспектом шламопыления Олег Деркач назвал имиджевый аспект. «Марсианские пейзажи» в окрестностях НГЗ и память о венгерской трагедии вызвали неадекватную, преувеличенную реакцию средств массовой информации. Дурная слава о Николаеве разнеслась по всему СНГ. По мнению эколога, наш город заслуживает совсем другого отношения.

К тому-же общество недостаточно информировано о шламе и последствиях его пыления, что может вредить имиджу властей и руководства НГЗ.

- Я верю, что все возможные меры принимаются, выделяются средства на мероприятия по пылеподавлению, - говорит эколог. - Но у нас другая проблема: у нас слишком много накоплено этих отходов. Вот я приведу некоторую статистику. К трагедии в Венгрии привело шламохранилище, где было накоплено 1 млн. тонн красного шлама. У нас сейчас накопилось в шламохранилищах глиноземного завода более 30 млн. тонн. У нас нет пока статистики за 2011 год, потому что отчеты о состоянии окружающей среды готовятся с опозданием… Но у нас есть статистика за 2010 год. На 1 января 2011 года у нас хранилось более 30 млн. тонн красного шлама. За 2010 год его объем увеличился на 1,8 млн. тонн. То есть у нас даже две проблемы: слишком большая масса шлама, и слишком быстрый ее прирост. То есть, что бы мы не применяли при таких громадных объемах пыление – закономерная вещь.

Олег Михайлович сделал акцент на необходимости рекультивации шламовых полей, поиске возможностей использования красного шлама в промышленности. В строительстве, например, или даже в качестве удобрений (о такой возможности говорят в Аграрном университете).

Населению страдающих от пыления территорий, а это, как правило, села Галициновка, Лиманы и др., эколог рекомендует выдавать средства индивидуальной защиты – респираторы.

DSC04740 1

В конце разговора Олег Михайлович сделал вывод о том, что мы сейчас боремся с последствиями, то есть действуем реактивно, в то время когда нужно действовать проактивно, то есть бороться с причинами возникновения пыления.

Конкретного же технологического решения проблемы эколог не имеет, поскольку не специализируется на этих вопросах.

Напомим, что, как сообщают на Николаевском глиноземном заводе, по состоянию на 15 часов 31 января 2012 пыление шлама отсутствует.

Беседовал Владимир Логвиненко

Источник: nikvesti.com

Поделиться:
Telegram
Viber